inta.69@mail.ru   contact (82145) 6-50-04

 

Историю и славу создают люди

Семен Наумович Штипельман«Мы называли «Капитальную» кузницей кадров, и, поверьте, никакого преувеличения в этом утверждении не было. Именно на этой шахте начинали свой трудовой путь бывшие генеральные директора комбината, объединения, концерна «Интауголь» С.Н. Штипельман, И.В. Иевлев, Б.В. Борисанов, а сколько инженерных кадров рангом пониже здесь начинали – и не перечислить. Здесь ковались партийные, профсоюзные, комсомольские кадры. Словом, кузница кадров капитальной закалки – вот что такое шахта «Капитальная»…

Так писал о шахте «Капитальная» и ее трудовом коллективе Павел Архипов в сентябре 1997 года, в преддверии 50-летнего юбилея ввода шахты в эксплуатацию.

Семен Наумович Штипельман

Листая пожелтевшие от времени подшивки газеты «Искра» периода 70-х, с некоторым удивлением понимаешь: а ведь не принято было тогда писать о руководителях. Переворачивая страницу за страницей, читаешь о знатных шахтерах – передовиках производства, о знаменитых бригадах коммунистического труда, о достижениях предприятия в целом. О руководителях – лишь скупые повторяющиеся строки одного и того же клише «Под руководством начальника шахты…», «Большой вклад в развитие шахты внесли…». Далее поставьте любое из известных вам громких имен. И только в 90-х годах XX века в воспоминаниях ветерана труда Павла Леонтьевича Попова возникают драгоценные по своей содержательности слова:


«Семен Наумович Штипельман – человек с большой буквы. <…> Семен Наумович был энергичным, но неторопливым. Говорил негромко. Его рабочий стол никогда не был завален бумагами. Можно было подумать, что у директора шахты забот совсем немного. Но работа кипела. И работать хотелось. А Иван Васильевич Иевлев? Правильно говорят: мал золотник, да дорог. Эти слова к нему очень подходили. Говорили, что диплом у него был «красный», то есть он закончил институт с отличием. <…> Спокойный человек, кулаками по столу не стучал, хотя иногда для этого были очень убедительные причины. Семен Наумович еще был директором, но мы знали, кто станет его преемником. И не ошиблись. С такими людьми было интересно работать. Показного у них ничего не было».

Из-за неписанного правила той поры - не выпячивать фигуру руководителя производства - сейчас мы не так уж много знаем о Семене Наумовиче Штипельмане. Сухой язык документов позволяет составить биографическую справку, в которой отражены основные этапы жизненного пути этого человека, его заслуги. Но вот о том, каким был его характер, его жизненная позиция, можно, лишь включив воображение. Заметьте, не фантазию, а воображение, основанное на знании истории страны и образе жизни людей тех лет.

Родился Семен Наумович 6 января 1918 года на Украине, в селе Ялтушково Винницкой области, в простой еврейской семье. Зная о том, что в период с 1918 по 1921 год в более чем пятистах населенных пунктах Украины произошло около 1300 еврейских погромов, можно себе представить тот страх, в котором приходилось жить семье. Да и потом, когда Семен Наумович учился в начальной школе сначала родного села, а затем города Днепропетровска, куда переехала семья в 1930-ом году, еврейскому мальчику приходилось быть сдержаннее, умнее и сообразительнее других, чтобы выжить и чего-то добиться в жизни. Для еврея тех лет в советской стране единственным шансом «выйти в люди» было отменное образование, отличное знание своего дела. Вероятно, тогда, во время учёбы в Днепропетровском транспортном техникуме (1932 – 1936) и начали выковываться те самые «энергичность», «неторопливость» и «негромкость» Семёна Наумовича, о которых упоминал Павел Леонтьевич Попов.

По окончании трёх курсов техникума Семён Штипельман, которому было тогда восемнадцать лет, поступил на подготовительные курсы при горном институте. Это решение оказалось судьбоносным, определившим его жизненный путь на все последующие годы. Шёл конец тридцатых, в стране и душах людей соседствовали затаённый страх перед репрессиями и патриотический энтузиазм. И вновь одарённому еврейскому юноше пришлось отыскать золотую середину между неприметностью и отличием в учёбе.

Семён Наумович почти окончил горный институт и был на последнем курсе, когда началась война, и, конечно, он добровольцем вступил в ряды Рабоче-крестьянской Красной Армии. Однако уже в декабре 1941-го его демобилизуют для окончания института: страна нуждается в кадровых специалистах горного дела не меньше, чем в кадровых военных. Семён Наумович продолжает учёбу в эвакуации - сначала в Свердловском (ныне Екатеринбург), а затем в Карагандинском (Казахстан) филиале Московского горного института. В 1942-ом году, по окончании учёбы и после короткого периода стажировки в тресте «Челябуголь», Приказом заместителя наркома угольной промышленности его как молодого специалиста направляют на Крайний Север: стране, практически потерявшей к тому времени Донбасс, был жизненно необходим уголь Воркуты и Инты.

В Воркуте свою трудовую биографию Семён Наумович начинал десятником и исполняющим обязанности начальника смены на шахте №1 «Капитальная» «Воркутстроя» НКВД СССР, а в октябре того же 1942 года стал заместителем главного инженера по технике безопасности. За короткое время он проявил себя не только как грамотный специалист горного дела, но и как человек, умеющий работать с людьми, поэтому в апреле 1943-го по распоряжению начальника Политотдела ГУЛАГа был направлен в «Интастрой» в качестве помощника начальника политотдела по комсомолу. Надо полагать, это было очень непростой задачей – заслужить уважение и доверие заключённых и вольнонаёмных, строивших шахты Инты и добывавших её первый уголь, но у Семёна Наумовича было всё необходимое, чтобы решить эту стратегически важную задачу – скромность, дисциплинированность, культура общения, знание своего дела и недюжинный интеллект.

Вот что пишет о дальнейшем жизненном и трудовом пути Семёна Наумовича Любовь Никитична Малофеевская в своей книге «Город на Большой Инте»:

«С 1945 года Семён Наумович работает начальником шахты №9. Именно при нём шахта успешно осваивает проектную мощность, готовит кадры и внедряет первой в комбинате цикличный метод работы на всех добычных участках, выполняет и перевыполняет государственный план и неоднократно занимает первые места в социалистическом соревновании между шахтами Печорского угольного бассейна. С 1961 по 1964 год он – заместитель начальника комбината «Интауголь». Последние одиннадцать лет трудился на посту генерального директора производственного объединения «Интауголь»…»

Здесь в книге допущена небольшая неточность – не столько по сути, сколько формально. С 1964 по 1974 год должность Семёна Наумовича – начальник Комбината «Интауголь», и лишь в последний год его работы (с октября 1974 по октябрь 1975) он – генеральный директор ПО «Интауголь». Но давайте прочтём далее:

«Чтобы шахта №9, переименованная потом в «Капитальную», стала одним из лучших угледобывающих предприятий отрасли, Семён Наумович вложил немало труда, энергии, знаний и - что, пожалуй, ещё важнее – создал коллектив единомышленников, творчески последовательно решавших труднейшие производственные и технологические вопросы. Шахта, а позже и весь комбинат стали поистине научным полигоном и лабораторией передового опыта Министерства угольной промышленности СССР.
Именно здесь, на «Капитальной», а позднее на всех шахтах Инты внедрялась новая технология угледобычи, проходили обкатку и совершенствовались впервые создаваемые образцы горношахтного оборудования, современная организация труда и его оплата.
Бесцеликовая выемка угля, крепи сопряжений, изгибающиеся безразборные конвейера, торпедирование труднообрушаемых мощных кровель, анкерование забоев, поддировочная машина, канатные толкатели с барабанами трения, установка приводов лавных конвейеров в верхней части, многоканатный подъём, новые угледобывающие комплексы и проходческие комбайны с телескопичесими перегружателями, лавы-тысячницы, скоростная проходка, безопасность труда и промсанитария, внедрение технологических карт – это лишь малая толика того, в чём принимал непосредственное участие Семён Наумович Штипельман».

Пожалуй, исчерпывающая характеристика руководителя угледобывающего предприятия и уникального специалиста горного дела, постоянно совершенствовавшего свои знания и умения, открытого новшествам и инициативам. Но вновь о нём как о человеке приходится читать между строк. И тем ценнее день ото дня и год от года становятся воспоминания людей – ветеранов угольной отрасли, лично знавших Семёна Наумовича.

Историю и славу создают люди, изображение №2

Одно из таких драгоценных свидетельств мы обнаружили на сайте «Проза Ру» - это была глава из книги Соломона Ильича Гройсмана «Память сердца» https://www.proza.ru/2011/12/09/1532

Соломон Ильич Гройсман
Соломон Ильич Гройсман

Соломон Ильич с 1961 года работал во Всесоюзном научно-исследовательском институте «ВНИИуглеобогащение» (Москва), а в 1965 году был переведен в Министерство угольной промышленности СССР, где в должности главного технолога по восточным районам страны активно участвовал в разработке народнохозяйственных программ развития угольной промышленности и их реализации. Накопленные знания, опыт и увлечённость профессией позволили С. И. Гройсману написать три учебника по специальности, участвовать в создании учебного фильма для основных профессий углеобогащения в качестве консультанта, а так же разрабатывать методические пособия по обучению рабочих углеобогащения. Труд его отмечен званиями «Почётный работник угольной промышленности», «Почётный выпускник Московского горного института», тремя степенями знака «Шахтёрская слава», медалью «Ветеран труда». Ему довелось лично общаться с Семёном Наумовичем по производственным вопросам, и впечатления от поездки в Инту и знакомства отразились в его мемуарах. Не будем однако приводить здесь отрывок, касающийся поездки в Инту, полностью, хотя он крайне интересен с точки зрения изучения истории комбината «Интауголь», и остановимся лишь на том, что касается впечатления, произведённого на автора книги Семёном Наумовичем.

«Девизом Инты было «всё для человека», и реализовывал его Штипельман наилучшим образом. Он рассуждал так: «Приезжающий на север человек живет в тяжелых климатических условиях, и этот недостаток следует компенсировать бытовыми условиями проживания».
В бытовых комбинатах при шахтах были открыты не только бани и кабинеты, но и библиотеки, комнаты отдыха, где можно поиграть в шахматы, шашки, бильярд, физиотерапевтические кабинеты, хорошая столовая. Строительство города велось по проекту ленинградских архитекторов, утвержденному Штипельманом. В его работе не было мелочей, и этому он обучал окружавших его людей.
Мне иногда казалось, что с этим у него какой-то перебор, но с годами, познавая реальную жизнь, я стал понимать, как всё это важно. Я, например, стал свидетелем, когда он распекал строителей за повторение орнамента кирпичной кладки строящейся группы пятиэтажных домов. Он отчитывал директора шахты за то, что вдоль внутришахтных железнодорожных путей не уложены покрашенные известью куски угля. Спрашиваю: «Зачем это нужно?» Отвечает: «Таким образом воспитывается в людях порядок и уважение к своему рабочему месту. Я не вижу в этом показухи. У меня на шахтах самая высокая производительность труда в отрасли, и это неспроста».
В один из вечеров Штипельман пригласил Благова (Игорь Сильвестрович Благов был в ту пору начальником Главка Минуглепрома СССР) и меня домой в гости. Нас встретила его жена - миловидная, приятная женщина. Извинилась и сообщила, что хозяин задерживается и скоро приедет. Осматриваем жилье начальника комбината - главы города. Квартира небольшая, трехкомнатная, в трехэтажном доме. Никакой роскоши, но есть всё необходимое для нормальной жизни. Сын и дочка - уже взрослые, живут не в Инте. Жена рассказала о том, что Штипельман приехал в Инту после окончания Днепропетровского горного института, когда будущий город представлял большой лагерь для заключенных, больше политических.
По службе рос с низов. Был такой порядок: если выполняли норму, то заключенных кормили из «полного котла», и они сами следили за выполнением работ и дисциплиной. В лагере было много известных, талантливых людей: профессора, инженеры, артисты, художники, рабочие высокой квалификации. С некоторыми он даже дружил. Семёна Наумовича не раз проигрывали в карты, но беду неизменно предотвращали сами уголовники, беря его под защиту.
«Мы здесь были вольнонаемные, но прожили очень тяжелую жизнь», - заключила женщина.
Пришёл хозяин. Сели за стол, стали ужинать. Беседу продолжил Штипельман:
- Тяжело стало работать за последнее время, и нет уже лагерей, а жить всё сложнее и опаснее. Вот видите, - он вытащил из кармана пистолет и положил его на стоявший рядом туалетный столик. - Я эту штуку почти не носил. Сейчас мне уже несколько писем прислали с угрозами. Задержался я на севере, пора успокоиться. Думаю уехать на юг, купить маленький домик да приглашать на лето в гости детей и внуков. Вот провожу вас и поеду в Москву - вызывает народный контроль. Дело в том, что начал я строить крытый ледовый дворец. Приехали контролеры, говорят: «Не имеешь права тратить государственные деньги на такую ерунду, что тебе, льда не хватает на открытом воздухе?». Но я продолжаю строить, не боюсь я их! Ну что они могут мне сделать? Оштрафовать на два оклада - для меня это ерунда, за свою жизнь на севере я заработал достаточно денег. Могут снять с работы - не страшно, самому пора уезжать.
Не успел Семён Наумович уехать из Инты на юг. Через год он умер в Кремлевской больнице от рака».
Халеев М.И., Штипельман С.Н. и Федоров Н.Н. с работниками шахты №9
На шахте №9. Слева – начальник комбината «Интауголь» М.И. Халеев, в центре – начальник шахты №9 С.Н. Штипельман
Слева – начальник комбината «Интауголь» Д.А. Жуков, справа – начальник шахты №9 С.Н. Штипельман. (середина 50-х гг.)
Халеев М.И., Штипельман С.Н. и Федоров Н.Н. с работниками шахты №9
1 из 4
Халеев М.И., Штипельман С.Н. и Федоров Н.Н. с работниками шахты №9

Соломон Ильич познакомился с Семёном Наумовичем в 1974 году. Знакомство было коротким, но, как мы видим, оставило в памяти сорокатрёхлетнего главного технолога по восточным районам неизгладимый след, воплотившийся в коротком, но очень впечатляющем психологическом портрете.

Подводя итог, осталось сказать лишь о том, какими наградами был отмечен самоотверженный труд Семёна Наумовича Штипельмана – легендарного «начальника шахты» и первого «генерала».

В 1946 году он был награжден медалью «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941-45 гг.». В 1949-ом и 1953-ем – медалями «За трудовую доблесть». В 1966-ом – Орденом Ленина, в 1970-ом – медалью «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина», в 1971-ом – Орденом Трудового Красного Знамени. И наконец, в 1975-ом, в конце своей трудовой биографии – медалью «Ветеран труда». Семён Наумович был также кавалером Знака «Шахтёрская слава» трёх степеней, имел звание Заслуженного шахтёра Коми АССР, неоднократно награждался Почётными грамотами Президиума Верховного Совета ССР, Совнархоза и Облсовпрофа. Его ответственная должность и гражданская позиция обязывали, и вполне естественно, что в разные годы Семён Наумович являлся членом Исполкома Горсовета и Бюро Горкома КПСС, а также был членом Коми Обкома КПСС.

Звание «Почётный гражданин города Инта» было присвоено Семёну Наумовичу Штипельману посмертно 25 декабря 2002 года, чему немало поспособствовали усилия, приложенные для увековечивания светлой памяти этого необыкновенного человека городским спорткомитетом, совместно с федерацией бокса с 1995 года учредившим в Инте Мемориал памяти С.Н. Штипельмана для боксёров Северо-Западного региона России.

Похоронен Семён Наумович в Инте – городе, которому отдал всю свою любовь и преданность. В конце 70-х годов на его могиле был установлен памятник, изготовленный инженером-строителем Владимиром Андреевичем Плигачем.

Семён Наумович был одним из многих первостроителей Инты, он очень любил наш город, и любовь эта, конечно, была взаимной. Она жива до сих пор в сердцах интинцев. Порой, в тяжелые для города времена, она отзывается явственной болью, но хочется верить, что трудности – не навсегда, ведь нынешнему молодому поколению есть с кого брать пример, а «капитальная закалка» рождается в преодолении трудностей и решении серьёзных задач.

Статья подготовлена по материалам, предоставленным МБУК «Интинский краеведческий музей».

Режим работы Башня

Обособленное структурное подразделение МБУК "ИКМ" – "Музей истории политических репрессий", г.Инта, ул.Чайковского, водонапорная башня

Предварительная запись на экскурсию производится в МБУК «Интинский краеведческий музей» (ул. Куратова, 28) с 9.00 до 17.00 часов понедельник – пятница по тел. 6-48-04

Режим работы для одиночных посетителей

Режим работы ИКМ

МБУК «Интинский краеведческий музей», г.Инта,

ул.Куратова, д.28 тел.8(82145)6-50-04

Понедельник: выходной

Вторник: с 10:00 до 17:00

Среда: с 10:00 до 17:00

Четверг: с 10:00 до 19:00

Пятница: с 10:00 до 17:00

Суббота: с 10:00 до 18:00

Воскресенье: с 10:00 до 17:00

(без перерыва на обед)

Последняя пятница месяца санитарный день.

 

Летний режим работы:

Понедельник-пятница: с 9:00 до 16:00 (без перерыва).

Суббота, воскресенье: выходные дни.

Возможно экскурсионное обслуживание по предварительной записи по тел. 8(82145) 6-48-04; 8(82145) 6-50-04 или

e-mail:Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.

Заявки принимаются в рабочие дни. 

Краткая справка

Интинский краеведческий музей был создан в 1969 году.

В 1971 году стал филиалом Коми республиканского историко-краеведческого музея.

В 1992 году официально получил статус самостоятельного учреждения.

В настоящее время музей состоит из - экспозиционного и фондового комплексов.

Обособленные структурные подразделения (филиалы):

-«Петруньский историко-этнографический музей»

- «Абезьский историко-мемориальный комплекс»

-«Музей истории политических репрессий»

Яндекс.Метрика